Признаюсь, когда я увидела пост про это (совершенно случайно), то была шокирована, и чем больше читала, тем больше находила вопросов, всплывающих нестыковок, недосказанности и недопонимания. Основной тезис, который привлек меня - что уничтожаются редкие, в том числе антикварные книги, которых в принципе может быть единичное количество – естественно мне захотелось разобраться! Чтобы не раздувать пост до простыни, я решила разделить свои объяснения и находки на несколько частей, эта первая про то, что точно хорошо известно и что заставил раскрыть суд.
Завязка истории
Не буду начинать с азов что такое нейросети и на чем строятся датасеты, здесь есть уже хорошие посты про это. Речь ниже пойдет в основном об Anthropic известном своим Claude и о некоторых других гигантах в этой области типа Meta (признана экстремистcкой и запрещена на территории РФ) и Google.
В начале 2024 года внутри Anthropic курсировал документ с формулировкой, которая позже стала центральной уликой в федеральном суде Северного округа Калифорнии: «Project Panama –наша попытка деструктивно отсканировать все книги мира». Ниже – вторая строка, объясняющая, зачем проекту понадобилось кодовое имя: сотрудникам напрямую указывали не обсуждать это за пределами компании и не aфишировать, что работа вообще ведётся, то есть проект был секретным.
Спустя два года документ рассекретили, потому что федеральный судья Уильям Алсап удовлетворил ходатайство о снятии грифа секретности с более чем 4000 страниц материалов дела Bartz v. Anthropic PBC (№ 3:24-cv-05417, N.D. Cal.). Washington Post получила доступ первой и в конце января 2026 года опубликовала расследование, восстановившее хронологию проекта. Дальше в дело вступили независимые журналисты, которые нашли в тех же материалах то, что крупные издания предпочли не называть напрямую: имя конкретного подрядчика, физический адрес склада и платёжные документы.
Два источника одной библиотеки
В августе 2024 года писателями Andrea Bartz, Charles Graeber и Kirk Wallace Johnson был подан иск, который вскрыл не одну, а две разные практики сбора данных, которые в итоге получили противоположные правовые оценки.
Первая — пиратство. Сооснователь Anthropic Ben Mann лично скачал свыше семи миллионов книг из теневых библиотек, назовем их так (Books3, LibGen, Pirate Library Mirror), начиная с 2021 года – за несколько лет до основания политики компании по обращению с авторским правом. Судья Алсап в июне 2025 года прямо указал: у компании были легальные способы получить материал, но она выбрала пиратство, чтобы избежать того, что генеральный директор Дарио Амодеи называл «юридическими/практическими» сложностями. Именно эта часть в итоге обошлась Anthropic в 1,5 миллиарда долларов мирового соглашения – сумма получила окончательное утверждение суда в июле 2026 года. Именно этому решению все радовались, как прецеденту по оплате авторских прав, но очевидно зря. Кстати Anthropic под присягой заявила, что не использовала книги для коммерческого датасета, но по решению суда должна все копии все равно уничтожить. Каждый заявивший писатель получил порядка $3300
Вторая практика — легальная закупка физических книг с последующим уничтожением бумажного носителя. Формально она называется «деструктивным сканированием»: книгу лишают переплёта, отрезают корешок, разрезают на листы, прогоняют через промышленный сканер, бумагу утилизируют, а в системе остаётся только цифровая копия. Судья Алсап разделил два потока принципиально: обучение модели на легально приобретённых и оцифрованных книгах он назвал «исключительно трансформативным» использованием и защитил доктриной добросовестного использования. Логика его решения: цифровая копия не добавляется к бумажному оригиналу, а замещает его — в обороте остаётся одна копия, а не две, следовательно, это не распространение, а законное изменение формата в рамках уже состоявшейся покупки. За скобками остался один момент, связанный с тем, что есть покупка, а есть изъятие, то есть скупка всего небольшого количества оставшихся экземпляров. Из материалов дела неясно, делала ли так компания, но точно известно, что они тратили миллионы долларов на все, не задавая вообще вопрос о цене.
Это решение стало юридическим фундаментом, на который дальше стала опираться вся индустрия — та часть, о которой пойдёт речь во втором посте.
В чьих руках проект
Чтобы понять масштаб операции, стоит посмотреть на того, кого наняла компания для решения этой задачи. В феврале 2024 года Anthropic взяла на работу Тома Тарви — человека, который до этого много лет возглавлял направление партнёрств Google Books, то есть буквально того же типа проект, только двадцатью годами раньше и с другой правовой базой (Google договаривался с издателями и библиотеками, а не покупал тиражи на вторичном рынке и все равно проект был скандальным все из-за тех же авторских прав).
Тарви закупал книги оптом у букинистических сервисов, включая американский Better World Books и британский World of Books – оба формируют товарный запас в значительной степени за счёт институциональных доноров: Better World Books получает книги от книжных сборов в более чем 1800 колледжей и от пожертвований свыше 3000 библиотечных систем. Это важная деталь для понимания всего пути: значительная часть уничтоженных книг прошла путь:
библиотека списала → букинист получил в дар → Anthropic купила оптом → книга уничтожена после сканирования.
Ни Better World Books, ни World of Books не ответили на запросы Washington Post о комментарии по поводу этих закупок.
Предложение одного из подрядчиков, фигурирующее в материалах дела, описывало готовность конвертировать от 500 тысяч до 2 миллионов книг за полгода. По данным Washington Post, реконструировавшей события по более чем 4000 страницам документов, вся операция обошлась компании в десятки миллионов долларов.
Подрядчик из пригорода Чикаго
Крупные издания – включая сам Washington Post – писали об этом этапе обезличенно: «подрядчик», «вендор». Имя всплыло только благодаря независимым авторам, прицельно прошедшим по докет-листу дела на CourtListener/RECAP и нашедшим конкретные приложения (exhibits) с названием компании.
Это Datamation Imaging Services Corp. – частная фирма из Willowbrook, штат Иллинойс, основанная в 1995 году. И здесь стоит остановиться подробнее, потому что именно этот участок цепочки чаще всего интерпретируют неверно.
Datamation – не специализированная компания по оцифровке редких книг и не подставная структура, созданная под ИИ-контракты. Это рядовой региональный поставщик услуг документооборота (business process outsourcing) для Мидвеста: сканирование счетов, микрофильмов и микрофиш, широкоформатных чертежей, HR-автоматизация, интеграция с корпоративными системами. Среди клиентов, судя по открытому профилю компании, – финансовый сектор, здравоохранение, школьные округа, госучреждения и пенсионные фонды, подпадающие под комплаенс Taft-Hartley. «Book Conversion» (книжная конвертация) в списке специализаций компании – лишь одна строчка среди десятка других, наравне с обработкой счетов. При этом «document destruction» (уничтожение документов) уже давно значится у Datamation как стандартная услуга – обычно она нужна клиентам для комплаенса, когда истекает срок хранения бумажных архивов.
Иначе говоря: Anthropic не строила уникальную инфраструктуру уничтожения книг с нуля. Она нашла заурядного вендора, чьи две обычные, ничем не примечательные услуги – книжная оцифровка и уничтожение бумаги – случайно идеально подошли под задачу, и залила в этот канал контракт индустриального масштаба. Расхождение в оценках штата компании между разными открытыми источниками (от 20–25 до 51–200 человек) само по себе показательно: похоже на резкое временное раздувание штата небольшой региональной конторы под один непропорционально крупный заказ.
Судебные приложения фиксируют это документально: предложение Datamation с описанием процесса резки и сканирования (гидравлический пресс для снятия переплёта, затем промышленное сканирование), фотографии книг на складе в Иллинойсе, показания о процедуре передачи оцифрованных книг обратно в Anthropic, и платёжные записи. Часть этих документов – постраничные сканы без OCR-слоя, что само по себе типично для материалов, прошедших через PACER: доступны для просмотра и скачивания, но не для полнотекстового поиска без дополнительной обработки.
Почему Anthropic и другие компании так хотят именно книги?
Рынок и журналисты предполагают следующее – качество модели, обучающейся на данных после 2022 года сильно падает, потому что змея начинает есть свой же хвост и поглощать нейросетевые данные изначально невысокого качества. Чтобы эта штука могла “эволюционировать”, ее надо обучать на качественном, ценном контенте. И один из источников этого контента – книги до 2022 года. Кто первый успеет забрать все ценные экземпляры и залить в модель – тот и выиграл гонку за качество. Важно, что это лишь догадки со стороны, сам Anthropic это не подтверждает.
Что уже понятно, а что ещё нет
Точно подтверждено первичными источниками: существование Project Panama; наём Тарви; закупка через Better World Books и World of Books; контракт с Datamation; правовая квалификация судом Алсапа; итоговая сумма мирового соглашения по пиратской части.
Не подтверждено и, вероятно, никогда не будет подтверждено в деталях: точное число уничтоженных экземпляров (цифра остаётся под грифом «redacted» даже в рассекреченных материалах), полный список названий и физическая судьба каждого конкретного тиража – включая, по анонимным свидетельствам букинистов, приведённым Washington Post, редкие малотиражные издания, у которых могло не остаться других экземпляров в обороте.
Именно эта последняя фраза – о редких изданиях без замены — станет отправной точкой второй статьи. Потому что если Anthropic хотя бы оставила по себе судебный след, то следующий слой рынка – тот, что вырос уже на основании прецедента Алсапа, – работает почти без него и там много намеков и непонятных вещей.
Я старалась разложить все с холодным рассудком, но некоторые вещи трогают сильнее, чем того хотелось бы. Мне лично непонятно, как получилось так, что независимая компания становится монополистом знаний и мировой культуры, чтобы потом продавать за деньги то, что было и так в доступе. Уничтожая экземпляры, в том числе редкие, они ставят под угрозу вообще дальнейшее развитие культуры, технологий и всего остального, потому что вообще то нейронки доступны не очень большому количеству людей. Секретно реализуется, на мой взгляд, какой то уже антиутопический сценарий из 1984 и книг Рэя Брэдбери.
Мне всегда казалось, что у нейронок есть границы как минимум в физическом мире, они не могут сюда дотянуться, но история показывает что нет, вполне уже могут и последствия очень печальны прежде всего для людей, а не для машин. Это ли не ухудшение жизни с помощью искуственного интеллекта? Сколько еще существует секретных проектов, о которых мы и не догадываемся? Сколько книг уже уничтожено безвозвратно?
#anthropic, #claude, #уничтожение_книг #нейросети #знания #суд
